Филсофия

самым, во-первых, в качестве субстанции -- того, что всегда сохраняется при любых изменениях, и, во-вторых, в качестве субъекта -- того, что постоянно меняется и совершенствуется. Данная иерархия представляет собой наиболее полную классификацию всех синтетических выводов. Гегель не раз говорил, что все есть умозаключение. Однако для него важен не столько сам этот факт, сколько то, что синтетическое умозаключение таким образом организует бытие, что вне умозаключения сущее не существует, а априорной пружиной любого умозаключения служит самость, или логическая сущность общеупотребительного понятия "я". Следовательно, классификация формообразований "я" одновременно является и классификацией синтетических выводов.
Отличие "я" от других встречаемых в опыте вещей заключается в том, что самость не допускает образования общего для себя понятия -- "я" всегда характеризуется только единичным объемом вне зависимости от логических и эмпирических манипуляций с ним. Не будучи родовым понятием, оно не представляет собой и экстенсионально единичного экземпляра, поскольку его единичный объем не фиксирован, а следовательно, интенсионален. Почему в соответствии с аристотелевской логикой (силлогистикой классов) категория "я" не допускает обобщения? Не столько потому, что своей единичностью она выражает дескриптивность, сколько потому, что, в силу своей историчности (интенсиональности), она находится вне лейбницевского принципа тождества неразличимых, другими словами, вне нумерического тождества. Логический объем самости хотя и является как бы единичным, но эта единичность не экземплярна. Другими словами, в той мере, в какой "я" есть непосредственное (не есть родовое понятие), оно представляет собой и опосредствованное (не считается экземпляром).

Если у Канта чистое "я" или трансцендентальный субъект полагается в качестве высшего основоположения априорных синтетических суждений, то у Гегеля – это уже высшее основоположение синтетических умозаключений (они всегда априорны). "Непокой и есть самость", — неоднократно заявляет Гегель. Трансцендентальный субъект, таким образом, – "не некая абстракция от человеческой природы", а само движение дефиниционной спецификации к полной и окончательной индивидуальности, единичности, т.е. деятельность по логической обработке всякого содержательного знания. Итак, в гегелевской логике

начинает выделяться такой аспект "сознания", как его историчность. Это уже не "трансцендентальное единство апперцепции", а некий дух, детерминирующий общую направленность своих синтетических умозаключений, т.е. обладающий особой логической историей. Сама же эта история трансцендентального субъекта, или абсолютного духа совпадает, по Гегелю, с природными процессами вплоть до изоморфизма. Поэтому гегелевская система является системой тождества -- в ней полагается неразличимое единство логики и онтологии.
Отношение каждой предыдущей ступени формообразования духа к последующей Гегель обозначает термином "снятие" (aufheben), что означает одновременное отрицание, сохранение и возвышение (negare, conservare, elevare). Так, поскольку истина предыдущей ступени содержится в последующей, предыдущая ступень возвышается, поскольку достоверность последующей содержится в предыдущей, предыдущая ступень сохраняется. При этом последующая ступень включает в себя противоположности, погубившие предыдущую, примиряя их в себе, а потому она есть отрицание предыдущей ступени. Это значит, что формообразовние протекает в соотвествии с принципом триадичности -- каждая последующая ступень есть синтез противоположностей, характерных для предыдущей ступени. Подъем по лестнице формообразования есть, таким образом, разворачивающийся синтез, вбирающий в себе абсолютно все понятия.
В последней главе "Феноменологии духа" Гегеля дается описание сознания, достигшего абсолютного знания и тем самым конституировавшего науку в качестве завершающкй ступени собственного движения. Наука, в отличие от предваряющих ее формообразований духа (собственно феноменологии), не предполагает какого-либо различия между знанием, т.е. достоверностью, и истиной. В связи с этим, "движение духа" в науке протекает уже не в виде определенных формообразований "сознания", но как некоторый ряд понятий, т.е. по ступенькам в-себе-и-для-себя, поскольку на этом этапе представлена чистая самость и окончательное тождество непосредственности и опосредствования. Эти понятия исследует диалектическая логика, получившая свое оформление в работе Георга Вильгельма Фридриха Гегеля "Наука логики" (1812 - 1816). Дальнейшая систематизация ее основных принципов и законов была осуществлена последователем Гегеля Куно Фишером в работе "Система логики и метафизики или наукоучение" (2 изд. 1865), где исчерпывающим образом изложена структуры диалектической логики, а также исправлены