Филсофия

Фихте, Г. Гегель. Они настаивали на том, что не природно-чувственные отношения составляют сущность человека в обществе. Так, Кант разделяет мир человека и человеческих отношений на сферу явлений, где человек проявляет себя как природно-чувственное существо, и сферу умопостигаемых процессов, где он рассуждает и совершенствует свои поступки в соответствии с высшими принципами разума. Эта специфически человеческая сфера моральности нередко отождествлялась Кантом с человеческой культурой вообще, с духовностью и даже социальностью цивилизованного человека. Здесь, в сфере умопостигаемого мира свободная воля так называемого практического разума принуждает индивида действовать не в силу этнически-себялюбивых стремлений к чувственному удовольствию, счастью, а в силу общественного – морального по своей сути - долга в соответствии с выдвигаемыми свободным разумом целями.
Моральность с ее императивами, писал Кант, бесконечно возвышает ценность человека как мыслящего существа. Моральный закон открывает в личности жизнь, независимую от животной природы и даже всего чувственного воспринимаемого мира. Гегель также полагал, что в реализации своей духовной сущности человек преодолевает природность через включение личности в многообразие отношений общественной жизни (семья, собственность, государство, право и т.д.).
Великие представители классической немецкой философии отвергали утверждение о фундаментальной сущностной врожденности зла и порочности человека. Они оптимистически заявляли, что люди должны иметь возможность надеяться на свое совершенствование приложением собственных сил, ибо каждый из них может стать добрым человеком. И наоборот, отвергая механицистские представления некоторых мыслителей-просветителей о гипертрофированном стремлении к удовольствию и себялюбию "естественного человека", они считали, что себялюбивый интерес - корень всякого зла в индивиде и обществе.
Человек, согласно немецким философам, является творцом самого себя через многообразие своей практической деятельности. Однако они эту деятельность понимали абстрактно как деятельность мышления, воли, духа. Во многих случаях, правда, ими признавалась огромная роль в становлении человеческой личности труда, языка, реальной жизни индивида. "Нет человека вообще, - отмечал Гегель, - он всегда конкретен". Но в соответствии со своей философией абсолютной идеи мыслитель,

возвеличивая всеобщее в человеке и его личности, советовал не придавать чрезмерно большого значения своеобразию человека.
Немецкие философы научно отвергали необходимость связывать цель и назначение человека с Богом и вообще со сверхъестественным. Они указывали, что все цели и смысл человеческого существования заключаются в самом человеке. Подлинное назначение человека в мышлении и его прогрессе, утверждал Фихте.
Вместе с тем нельзя согласиться с немецкими мыслителями в том, что понятие человека как свободного и разумного индивида не нуждается не только в каком-либо высшем существе, стоящем над ним, но и в каком-либо материальном основании для своей собственной воли.
В рамках классической немецкой философии, взначительной степени под влиянием идеалистической концепции человека, сложилась и кантовская этика, которая поставила под сомнение принцип наслаждения и счастья, во всяком случае, подчинила его принципу долга. Выдвинутый Кантом категорический императив, требовавший в своих мотивах и постулатах относиться к человечеству и в своем лице, и в лице любого другого человека только как к высшей цели и никогда как к средству, хотя и давал достаточно фундаментальное подтверждение абсолютной самоценности человеческой личности, однако основу нравственности искал в разуме. Между тем люди сознательно черпают свои нравственные воззрения в конечном счете из практических отношений.
Своими выводами о качественной специфике законов общества, о роли трудовой деятельности в становлении человека, о диалектике свободы и необходимости в эволюции человеческого духа немецкие философы-идеалисты внесли значительный вклад в создание предпосылок для формирования антропологизма Л. Фейербаха и марксистской теории общества и человека.
Л. Фейербах, преодолевая идеализм своих предшественников, приходит, по словам Маркса, к действительному человеку на основе природы. Как материалист он выступает против идеалистического сведения сущности человека к всеобщему духу при игнорировании его чувственности и материальных потребностей. "Мое "Я" - не только мой дух и душа, но и мое тело", - утверждал Фейербах. Указывая на разум, волю и сердце как отличительные черты истинно человеческого в человеке, Л. Фейербах попытался раскрыть его природу через критику религии, идеи Бога. В Боге он, по-своему используя гегелевскую категорию отчуждения, увидел