Филсофия

обучения излагать сложнейшие богословско-мировоззренческие проблемы (обучение, естественно, было под опекой и в рамках теологии). Именно в этот период философия получает общепризнанный и почётный, по тому времени, для неё титул и статус «служанки богословия».
Поскольку в содержательном плане принципиальные мировоззренческие проблемы были в своё время в напряжённом творческом поиске уже решены отцами церкви, представители схоластики вынуждены были, что называется, всем ходом вещей обратиться к проблемам формы, то есть к логической проблематике. И в этой области им принадлежат серьёзные достижения. Так, например, считается, что теоретические и операциональные основы математической логики заложены были именно средневековой схоластикой. В свою очередь внимание и интерес к логике были естественным следствием усилий средневековой схоластики решить для себя проблему универсалий, общих понятий, которая стала её основной темой.

Проблема универсалий уже знакома нам по философии Платона. Это в подлинном смысле вечная философская проблема соотношения общего и единичного, проблема природы, т.е. бытийного, онтологического статуса общего. В античности эта проблема ставилась на научной, прежде всего математической основе, в эпоху схоластики, естественно, ставилась и решалась на теологической основе. При этом в рамках схоластики были выработаны два основных резко противоборствующих подхода к её решению: реализм и номинализм (умеренный номинализм получил название концептуализма).

Реалисты – Ансельм Кентерберийский (1053–1109 гг.), Гильом из Шампо (1070–1121 гг.), Фома Аквинский (1221–1274 гг.) – были убеждены, что подлинным бытием обладает именно общее. Universalia ante rem - Общее предшествует вещам – такова краткая, ёмкая формула, выражающая эту позицию.

Номиналисты, – а среди них были, как, впрочем, и среди реалистов, крайние и умеренные, – Росцелин (1050–1120 гг.), Пьер Абеляр (1079–1142 гг.), Оккам (1280–1348 гг.), Буридан (XIV ст.) – наоборот, реальный бытийный статус приписывали лишь единичным вещам, а общее

сводили к наименованиям (лат. nominalis – относящийся к названиям, именам), названиям, которым человек обозначает единичные вещи. У крайнего номиналиста Росцелина универсалии, общие понятия иногда истолковываются даже как «звучание голоса» (flatus vocis). При таком подходе подрывается главный христианский догмат о Единой и Нераздельной Троице, которая превращалась в троебожие.
Умеренный реалист Фома Аквинский утверждал о трояком существовании универсалий – «до вещей» они существуют в божественном интеллекте как предвечные мысли Бога, в соответствии с которыми и был сотворен мир; «в вещах», где они выступают как «субстанциальные формы» этих вещей; и «после вещей» – в человеческом интеллекте как его понятия, как результат абстрагирующей деятельности человека в ходе познания вещей природного мира. Умеренный номиналист Пьер Абеляр, отвергая реальный бытийный статус универсалий, признавал тем не менее их существование в качестве концептов, понятий человеческого ума как результата абстрагирования сходных свойств и признаков вещей и их объединения в человеческом уме (позиция концептуализма).
Неправильно думать, что проблема природы универсалий, бытийного, онтологического статуса общего, когда-то так сильно волновавшая схоластов и принимавшая часто форму острой и даже драматической борьбы реалистов и номиналистов между собой, - это чисто теоретическая, далекая от жизненной практики, давно «канувшая в лету» философская головоломка. Будучи подлинно универсальной, эта проблема вплетена в ткань всей, в том числе и социальной реальности. Когда молодые люди, он и она, создавая семью, не модифицируют кардинально своё поведение, подчиняя его закону жертвенной любви («Ты сказала, что я тебе нужен. И вот я боюсь каждой капли дождя, как бы она меня не убила»), а на первое место по-прежнему выдвигают своё собственное горячо любимое «Я» – они безнадёжные номиналисты. Безнадёжные в том смысле, что надеяться в этом случае на прочность и долголетие семьи – дело заведомо пустое.
Для социальных же «реалистов» семья – не механическое соединение самодостаточных индивидов, а новая, священная надындивидуальная общность, надындивидуальная реальность, счастливо и без капли сожаления поглощающая их в себе, поглощающая безвозвратно. То есть номинализм в нашей жизни - это эгоизм, индивидуализм, разобщенность, обособленность, отчужденность людей друг от друга, равнодушие, безразличие ко всему, что не затрагивает непосредственно интересы