Филсофия

«вширь», на смену органическому ритму развития приходит голый пафос пространства. Завоевательная политика становится симптомом вырождения культуры. Технический прогресс, спорт, политика, потребление — вот основные сферы деятельности массового «человека цивилизации». В философии в этот период царят скептицизм, признание относительности всех истин, критика всех мировоззрений через выяснение их исторической обусловленности. Индивидуальность человека целиком определяется индивидуальностью культурного целого. В эпоху «заката» все попытки возрождения религиозных чувств, высокого искусства бессмысленны, и в этот период разумнее отказаться от попыток реанимации культуры и заниматься совершенствованием цивилизации.
По мнению английского историка и философа Арнольда Тойнби (1889–1975), человечество – это совокупность отдельных цивилизаций. Определяющим для каждой цивилизации являются устойчивые типы мышления и чувствования, выраженные, прежде всего, в религии. Цивилизация возникает как реакция на некую неповторимую историческую ситуацию, будь то «ответ» на «внешние» или «внутренние вызовы, угрозы со стороны соседей, исчерпание природных ресурсов. Своеобразие «ответов» выражается в способности творческого меньшинства (элиты) дать адекватный ответ на вызовы времени.
А. Тойнби в разные периоды своего творчества выделял разное количество цивилизаций, насчитывал даже двадцать три развившиеся цивилизации. Механизмом возникновения цивилизации является взаимодействие вызова и ответа на вызов: окружающая среда непрерывно бросает вызовы обществу, а общество через творческое меньшинство отвечает на эти вызовы, что на определенном этапе истории и приводит к цивилизации («Постижение истории»).
В трактовке исторического процесса П. Сорокин (1889–1968) исходит из понимания социальной действительности как сверхиндивидуальной социокультурной реальности, несводимой к материальной реальности и наделенной системой значений, ценностей и норм. В работе «Социальная и культурная динамика» он выбирает культурный фактор как самый важный и определяющий в развитии человечества. Этот фактор объясняет, по П. Сорокину, состояние науки, философии, религии, права, искусства, политики и экономики.
В 90-ые гг. ХХ в. футуролог Ф. Фукуяма в рамках цивилизационной парадигмы развивал идею «конца истории», связывая ее с уходом с

исторической арены мощных идеологий и основанных на них цивилизаций. Его коллега американский ученый С. Хантингтон энергично отстаивал идею столкновения западной и восточной цивилизаций как нерва современной социодинамики.
В современной философии истории это утверждение С. Хантингтона, однако, обросло уже внушительным клубком не вполне корректных толкований. Возражая своим критикам, Хантингтон подчеркивал, что он отнюдь не утверждал, что цивилизационная характеристика заменит все другие характеристики истории, что нации-государства исчезнут, что каждая цивилизация станет политически единой и целостной, а конфликты и борьба между различными группами внутри цивилизаций прекратятся, но лишь то, что «в ближайшем будущем основным очагом конфликтов будут взаимоотношения между Западом и рядом исламско-конфуцианских стран».
Если цивилизационная парадигма истории, в которой именно духовный фактор признавался определяющим в социодинамике существенно отличалась от формационной парадигмы исторического процесса, то в наши дни в философии истории все более явно обнаруживается тенденция к объединению цивилизационного и формационного подходов. Это объединение обычно связано с использованием идей формационного подхода в цивилизационной парадигме и, наоборот. Проникновение идей формационной парадигмы в цивилизационный подход осуществлено в технико-технологической трактовке цивилизации, в соответствии с которой выделяются:

- доиндустриальная,
- индустриальная,
- постиндустриальная (информационная) цивилизации.

Выделение данных типов цивилизации было осуществлено в 70 гг. в концепции постиндустриального (технотронного, информационного) общества. Термин «постиндустриальное общество» был введен в оборот американским ученым Д. Беллом, а понятие «информационное общество» впервые использовали японские теоретики (К. Коямо, И. Масуда). На основании идей первого из них еще в 1972 г. в Японии была принята программа: «План информационного общества: национальная идея к 2000 г.».