Филсофия

квантовомеханической и релятивистской. Соответственно оказались пересмотренными и многие прежние представления о наиболее фундаментальных свойствах Вселенной, а также принципы ее познания и объяснения. Обратим внимание только на один из них: в методологии научного познании утвердился принцип дополнительности. Он означает, что в процессе познания для воспроизведения целостности объекта необходимо применять взаимоисключающие, «дополнительные» классы понятий и теорий, каждый(ая) из которых справедлив(а) при определенных условиях. Например, при определенных условиях эксперимента элементарная частица может обнаруживать свойства корпускулы, а при других – волновые свойства. Этот факт и обусловил появление двух взаимодополняющих вариантов квантовой механики – матричной и волновой. Данная познавательная установка явилась весьма плодотворной для изучения и понимания других сложных динамических объектов, в т.ч. биологических и социальных систем.
Новейшая революция в науке приходится на последнюю треть ХХ ст. Итогом ее является становление постнеклассической науки, а признанный ее лидер – синергетика. Синергетика – наука о сложных, самоорганизующихся и саморазвивающихся системах. Она представляет собой несомненную новость в горизонте научного мышления, способе восприятия и интерпретации универсума и познающего субъекта. Она ставит в центр познания многие маргинальные идеи и интуиции, обитавшие прежде на периферии научного мышления, в частности, представления о многомерности мира, неравновесности, самоорганизации, неопределённости, случайности и, особо подчеркнём, роли Отдельного События, Отдельного Факта. Обращение науки к исследованию сверхсложных самоорганизующихся систем наполняет эти понятия новым содержанием и смыслом. Так, отдельное, случайное – это не исчезающе малые величины, которыми можно без ущерба для понимания сущности пренебречь, а онтологически значимые феномены универсума. Углубляющиеся научные знания о мире и их опредмечивание влечет за собой модернизацию «второй природы». Сегодня в повестке дня – формирование шестого технологического уклада, в основе которого био-, нано-, космические технологии.
Особое значение в контексте сказанного следует обратить на социальную и моральную ответственность ученых перед обществом за результаты их исследований. Наука по мере развертывания научно-технического

прогресса делает человека всё более существенным фактором космической эволюции; он берет на себя ответственность не только за биосферу, Землю, солнечную систему, но и Космос. А это уже принципиально новое измерение бытия Homo sapiens в мире. Оно требует кардинальной перестройки ментальности человека, понимания им его взаимосвязи с окружающей действительностью и возможных последствий своих действий.
Принимая на себя ответственность за целое (универсум), человек тем самым реализует высшую ступень собственной свободы, очерчивая границы своей гордыни и произвола. Включение ценностного измерения в структуру научного сознания (субъекта научной деятельности) определяет принципиальное различие между наукой индустриальной и постиндустриальной эпохи.

5.2.3. Специфика научного познания, его структура и динамика

Наука является одной из форм духовно-теоретического освоения действительности. Ее фундаментальная особенность, повторимся, заключается в нацеленности на производство нового объективно-истинного знания о мире и человеке. Однако наличием только этой гносеологической установки специфика научного познания не исчерпывается. Она обнаруживает себя также в языке, уровнях научного познания, способах получения знания, формах его представления, процедурах проверки, методах исследования.
Повседневный опыт людей фиксируется в естественном языке. Он формируется стихийно и представляет собой продукт спонтанного народного творчества. Одна из его особенностей состоит в том, что элементарная языковая единица – слово – часто бывает семантически многозначным (ключ, звезда, коса и т.д.). Или наоборот: одно явление может обозначаться разными словами (гиппопотам, бегемот). Язык науки – это искусственный язык. Он формируется сообществом ученых целенеправленно. Его термины (в каждой из специальных наук) определяются однозначно (насколько это возможно). Более всего в этом деле преуспели представители «точных наук». Такой язык, надстаиваясь над естественным, вырастая из него, получает дальнейшую обработку в математике и логике, превращаясь в итоге в различные знаковые системы. Это уже формальный язык. Его термины ничего конкретного не обозначают. Однако с ними специально