Филсофия

наполняют душу всегда новым и все более сильным удивлением и благоговением, чем чаще и продолжительнее мы размышляем о них, – это звездное небо надо мной и моральный закон во мне. И то и другое мне нет надобности искать и только предполагать как нечто окутанное мраком или лежащее за пределами моего кругозора; я вижу их перед собой и непосредственно связываю их с сознанием своего существования… В праксеологическом аспекте (проблемы социума) важным фактором, стимулировавшим дальнейшее движение европейской философской мысли, был тезис Канта о примате, первенстве практики над теорией. Он также выдвигает и обосновывает важную идею «достижения всеобщего правового гражданского общества как «величайшую проблему для человеческого рода», а также исключительно плодотворное положение о социальном антагонизме, противоречиях между людьми в обществе как «причине движения к законосообразному порядку» и усовершенствованию и развитию самого общества, достижения «совершенного гражданского объединения человеческого рода».
Канта справедливо называют олицетворением Просвещения. Он твердо убежден, что «публичное пользование собственным разумом всегда должно быть свободным, и только оно может дать просвещение людям», что в обществе должна соблюдаться свобода совести, в государстве процветать веротерпимость, «республиканский строй – единственно соответствующий праву людей», хотя «установить, а тем более сохранить его до такой степени трудно, что, по мнению многих, оно должно было бы стать государством ангелов, так как люди со своими эгоистическими склонностями не способны к столь возвышенному по форме устройству». В полном соответствии с такими представлениями Кант был сторонником борьбы североамериканцев за независимость и Французской буржуазной революции.
Дальнейшее послекантовское развитие немецкой классической философии было связано в первую очередь с переосмыслением кантовской концепции запредельных «опыту» сознанию «вещей в себе». И.Г. Фихте (1762–1814) взял на вооружение кантовскую идею о примате, первенстве практической деятельности над деятельностью теоретической, но отверг кантовское учение о «вещах в себе», существующих вне нашего

сознания. В результате философия Фихте – субъективный идеализм, в котором вся реальность представлена как результат активности, самодеятельности всеобщего самосознания, «Я», которое в этом процессе полагает само себя и свою противоположность (мир объектов, «не-Я»). Для Фихте «вещи сами по себе таковы, какими мы должны их сделать, … так как мы обретаем в нас самих все то, что мы при этом устанавливаем; мы выносим это из нас самих вовне…». «Действовать! Действовать! – вот для чего мы существуем».

Объективный идеализм Г. Гегеля (1770–1831)

Наиболее выдающимся после Канта представителем немецкой классической философии был Г. Гегель. Как и Фихте, Гегель также расходится с Кантом, но уже не из-за признания существования «вещей в себе», а из-за учения о их непознаваемости. В действительности, по Гегелю, нет никаких непознаваемых «вещей в себе», она в своей сущности едина, и такой единой сущностью, первоосновой всего является «мировой разум» («мировой дух», «абсолютная идея», то есть некое объективное безличное духовное начало). И «философия именно потому, что она есть проникновение в разумное, представляет собой постижение конечного и действительного… Постичь то, что есть, – вот в чем задача философии, ибо то, что есть, есть разум». Для Гегеля «что разумно, то действительно, и что действительно, то разумно». Философия Гегеля, таким образом, – это объективный идеализм. Гегель создал грандиозную всеобъемлющую философскую систему объективного идеализма, важнейшим научным достижением, наиболее ценным культурным завоеванием которой является диалектика и диалектический метод, получившие у Гегеля свое современное истолкование. А именно, диалектика после Гегеля понимается уже как противоположность метафизике, как всеобщая концепция развития и взаимосвязи всех явлений и аспектов реальности. «Диалектическое … является вообще принципом всякого движения, всякой жизни и всякой деятельности в действительности. Диалектическое есть также душа всякого истинно научного познания». Стержневой в диалектике принцип развития пронизывает все величественное интеллектуальное построение гегелевской системы. По Гегелю, абсолютное духовное первоначало, мировой разум находится в непрерывном процессе деятельности – саморазвития, в ходе